Зимняя поэзия Игоря Фармазюка

Игорь Фармазюк, поэт из Хакассии.
Мой праздник

Я, разинув рот, смотрю на звёзды,
Где-то то там зависла и моя.
Холодно. Стою в ночи тверёзый,
Жду, как все, прихода января.

Фейерверки, разукрасив город,
Раскололи надвое мой мир:
Я ещё не стар, а значит молод!
Прочь, Чума! Мы начинаем пир!

В роли пут разорвана рубаха,
Следом разрывается душа.
Я готов на всё: взлететь, на плаху,
От молитвы и до грабежа!

Танец начинаю постепенно,
Захожусь в безумном кураже.
Отрываюсь от земного плена
На снегу горячем в неглиже.

Слушай, космос, стук большого сердца,
Как кометой в лунный барабан,
Как шаги испанских славных терций,
Дед Мороз сегодня я, шаман.

Заставляю небо быть подвластным,
Землю сплющил коленкором стоп.
Мой полёт безумен и прекрасен -
От асфальта в самый небосвод.

Новый год! Встречаю тебя в танце!
Позабыв о болях и тоске.
Будем жить! Свечусь протуберанцем!
По колено в собственном песке.
Снежная тропинка

Там у моста на тонкой нитке
Луны болтается сырок.
Собаки лают на заимке,
Идёт снежок.

По льду натоптанной дорожки
Буксуют валенки в пуху.
Снежинки, словно хлеба крошки,
И соль к стиху.

Снег лезет в варежки, за ворот,
Змеёй шершавою в штаны.
Я начинаю чуять холод
Повдоль спины.

И пелену ловлю как парус,
Кругом – пуховая постель.
Шагать немного мне осталось,
Ну вот и дверь.

Ввалился в дом, как будто льдинка,
И начал таять на ходу.
А щёк свекольных половинки
Блестят во льду.

Ругает мама, и раздеться
Успеть, пока не потекло.
От снежной той дорожки в детство
Зимой – тепло...
Настоящему Деду Морозу - 
Григорьеву Андрею Юрьевичу

ОН собирался вечерами,
костюм парадный надевал.
И, словно праздничное знамя,
его халат впотьмах мелькал.

И каждый день, как на работу, -
в руках мешок, а не наган,
ОН говорил прохожим что-то -
и добрый Дед, и хулиган.

И, заставляя улыбаться,
их всех конфетами кормил.
И прежде чем в пути расстаться,
ОН каплю счастья им дарил.
У храма

По зову Божьему Его колоколов
На зимней площади мы замерли, как льдинки,
Но таем постепенно, с серединки,
Там сердцем ощущая веры зов.

Он словно спячку зимнюю порвал
У грешных душ, что мотыльками к свету
Летят спастись, найти покой, ответы -
Звон этот всех на площади собрал.

Мы молимся тихонько, неумело,
Но искренне, с восторгом, что дитя.
Снежинки, точно голубки, летят,
Нас к рождеству зовут ещё несмело.

Картина чуда, света и красы.
Народ в экстазе двигает к обедне,
Гудят на храме языками меди
Божественные вечности часы.
Песня на слова Игоря Фармазюка.
Снежный вальс

Первому зимнему снегу в г. Абакане посвящается.

(Лучше это стихотворение напевать вслух, в ритме вальса. 
При этом обязательно надо представить центр г. Абакана, 
в свете фонарей Майскую площадь, здание Правительства, 
флаг на крыше, памятник Ленина, вечер, снег, звукозапись 
криков сокола, ворон на дальних деревьях, спешащих с работы 
граждан, гуляющих праздно пенсионеров и молодежь...)

В центре города вечером Дед Николай
Белоснежную стелит постель.
Ухмыляясь, Ильич мне мигает: "Давай!
Разгони бюрократ-канитель!"

Красный вождь белый плащ нынче стильный надел,
Органично вписался в пейзаж.
Я не верю ушам - белены переел?
Но почуял в печёнке кураж.

Там бесята под рёбра тычками: "Гони!
Тебе Ленин плясать разрешил!"
И мигают сверчками в лицо фонари,
Цветомузыкой звёздных светил.

Я на площади майской пишу кренделя,
Пируэт вывожу меж дерев.
И мелодию вальса пою: ля-бля-бля,
От картины такой охренев.

А на здании флаг от стыда покраснел,
Извинюсь перед ним по утру.
Из динамика сокол кричит, озверев,
Ветерок закружил мишуру.

Закружил он прохожих, ментов и ворон,
Удивленно глядевших с ветвей.
Я под музыку бальную - Белый Барон,
Толстогубая свищет свирель:

Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью -юу!

Растопились снежинки о длинный мой нос,
Превратившись в слезливую муть.
Площадь белая, красный хакасский мороз
Начинает рождественский путь!

Тра-та-там-та-та-там, тра-та-там-та-та-там
Тра-та-та-та-та-та-та-та - там!
Тра-та-там-та-та-там, тра-та-там-та-та-там,
Тра-та-та-та-та-та-та-та - там!

Нет, снежинки - не слёзы, смахни, разотри,
Распрями свои плечи и грудь.
Белый мир, чистый воздух и сердце внутри -
Всё пульсирует истово: "Будь!".

Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью - фью-фью-фью,
Фью-фью-фью -юу!

Тра-та-там-та-та-там, тра-та-там-та-та-там
Тра-та-та-та-та-та-та-та - там!
Тра-та-там-та-та-там, тра-та-там-та-та-там,
Тра-та-та-та-та-та-та-та - там!
Не моё Рождество

Словно маленький мальчик
я свернулся в калачик
И коленями кисти зажал.
Где-то скорая плачет,
Чей-то завтрак не начат,
Я бы тоже совсем не вставал.

По холодному полу
На работу, как в школу,
Бесконечно кручу колесо.
И лежу почти голый,
На часах полшестого,
Свет фонарный терзает лицо.

Я хватаюсь за простынь,
За бегущую осень,
И гляжу сквозь белёсый забор.
Как волосная просинь
Оккупантом, не гостем,
Лезет зимняя стужа во двор.

Как-то так получилось,
Что желание сбылось:
Из постели я больше не встал.
И природе на милость
Бытие растворилось,
Где-то мальчик уроки проспал...
Дорожные образы

Дорога не меняется с годами,
Но больше незаштопанных заплат.
Столбы-связисты режут проводами
Пейзажи в кадры, уходя назад.

Обочины лежат под покрывалом
Субстанции, с претензией на снег.
Его в степи давно уж не хватало,
А нынче вызывает горький смех.

Спасибо, что мороз и ветер стылый
Напомнили - пришла уже зима.
Старуха-осень билась, что есть силы,
Сдалась и затаилась. Кутерьма

В природе, в душах, вывернутом мире,
В бесснежии и выжженой степи.
В авто и в одиночестве квартиры
Народ устал. И хочется запить,

Запеть и разорвать туманы
Дурных советов, сплетен, новостей.
Пусть Новый год вливается в стаканы,
А старый выпит с закусью страстей.
А В ЦЕНТРАЛЬНЫХ РАЙОНАХ, НА СЕВЕРЕ И 
СЕВЕРО-ВОСТОКЕ ЯКУТИИ ПОТЕПЛЕНИЕ:
МЕСТАМИ ДО -28*С

Господи! Какая благодать!
Минус двадцать восемь! Потеплело!
Время - лыжи и коньки достать,
Да размять скукоженное тело.

Други маринуют шашлыки,
Самогон готовят и нарезки.
Все хотят успеть на пикники,
В понедельник подморозит резко.

Будет под полтинник, говорят.
Жизнь замедлит робкое дыхание.
Проруби моржовые парят
И зовут безумных на купание.

А по Лене прут грузовики,
Заряжают базы промтоваром.
Нет моста, два берега реки,
Золото и руды все задаром

На большую землю к вам везут
Сарылах, Алдан и город Мирный.
Нефть, сурьму, алмазы, но за труд -
Душ холодный из Москвы транжирной...

Наступает ночь и Оймякон
Засыпает под холодным паром.
Вдруг сияний северных ионы,
Точно мост на небо всем - подарок.

Господи! Какая благодать!
Светом фантастическим согреты.
Здесь за Леной так легко понять:
Жизнь твоя короткая, как лето.
Игорь Фармазюк, поэт из Хакассии.
Прогулка в ноябрях

Вода стеклянным чайным блюдцем
Застыла ночью до весны.
И камыши в ознобе трутся,
Сломав иллюзию стены.

Они - раздельны и безродны,
Ломает ветер их тела.
Свинцовый тазик небосвода,
Дома - кусками пастила...

Рассыпал кто-то у дороги
Ручьём петляющей в степи.
Уходят в спячку звери, боги,
И Дед Мороз уже в пути.
Хроники На...й

(Из дневника военного пенсионера)

Занырнув в чудный мир алкоголя,
Этот - очень покинуть спешу...
На бескрайностях русского поля,
Видишь, в центре упитый лежу.

Под куранты и речь президента
В гипнотическом будучи сне,
Перерезал я синюю ленту...
Всё. Найдёте меня по весне!

Там, у чахлой березовой девки,
На простынке замызганной мха,
Под покровом заснеженной ветки
Я Душою - почти в облаках!..

Две недели длинною - две жизни.
Это сладкое слово - запой!
Но отставить, товарЩЧи, тризну,
Я пока при деньгах и... живой.

Верю: хватит у сердца патронов,
Отстреляюсь и выдержит нерв.
В бой ушёл при значках да погонах,
От сивухи, как волк, озверев.

Пил отраву, что лошади - воду,
Печень рёбрами в спазмах сжимал,
На глазах у честного народа
Страсти бомбами в Души швырял.

Рвал баяны, тельняшки и платья,
Бил посуду, колени, носы.
Поражал танцевальною статью,
Чёрным флагом поднявши трусы.

Проклиная Чубайса и НАТО,
На Донбасс перебраться хотел.
От обиды, что мало зарплаты,
Их "Петёрочку" сжёг между дел.

Отказался на морде с повязкой
На троллейбусе двигать в лабаз.
Не задурят мозги мои сказкой,
Начал ваксеров бить между глаз.

Те, однако, народ расторопный - 
Тоже, видно, идейные, бля...
Выжил, только "в инъекциях" *опа
И в кармане - четыре рубля.

Не грустил, занимал у знакомых,
Незнакомых, но духом родных.
Встретил вдовушку добрую - Тому,
Но остаться решил в холостых.

На седьмое, увидев Иисуса,
Обещал за него отомстить.
А Коперника, Жанну и Гуса
Вроде даже успел потушить.

Дальше - пятеро суток спиралью
Завернул Рождества хоровод:
Пропил китель, значки и сандалии,
Пропил звёзды и сам небосвод.

Помню кадры: рычу про евреев,
За Китай и Газпром, и Кавказ.
И уже на финале, трезвея,
Вижу вместо Снегурок спецназ.

Белку обнял: "Иди, я прикрою.
Ждёт тебя наш российский народ!"
На бескрайностях русского поля
Пусть другой патриот подберёт.

Повязали, потом поломали,
Растянули на дыбе на крест.
Смехом мстил я за боль, погибая -
Покупайте билеты на квест.

Помню трассеры в воздух летели:
ДПС, ППС, фейерверк.
Я привязан к последней постели,
Дальше всё: телевизор померк.

Было весело, глупо и пьяно,
Эхом гул проводов над главой.
Словно божие фортепиано
Попрощаться решило со мной...

Я ушёл в чудный мир алкоголя,
Когда этот покинуть решил.
Лучше - смерть от чумного застолья,
Чем похмелье с названием - жизнь!

P. S.
Доктор смазал зелёнкою раны,
И на задницу швы наложил.
"Будет жить, это ж не наркоманы,
Наш "синяк" - ещё крепкий мужик!"
Я люблю тебя, жизнь!

Эпиграф: "Скажи ещё спасибо, что живой!"
                                             В. С. Высоцкий.

Утоплю тоску в реке!
Мир раскрашу акварелью.
Наша жизнь на волоске,
Точно дикое похмелье

Перевёрнутых зеркал,
QR-кодов и страданий.
Кровь сдавал, мочу и кал -
Полон дум и ожиданий.

Хорошо там, где нас нет.
Где нас нет - там тоже РАША.
Сатурация - сюжет.
Лексикон пополнил кашель.

Новых слов - гвоздей в гробу.
Диких мыслей - гуси, гуси.
Антиваксеры над Русью
Косяком летят в пургу.

Каждый пятый стал вторым,
Каждый тысячный - двухсотым.
Мозг от страха - маргарин,
Спред, удушливый до рвоты.

Давит, давит дух уж, вон.
За три дня устал бороться.
Врач не дал увидеть сон,
Занырнуть на дно колодца.

Тащит. В нос и в рот, и в ухо!
Вены капельниц и свет...
Колет в пах. Как больно, сука!
Вроде выжил. Ну, привет.

...Утоплю тоску в реке,
Сидя дома после комы.
Наша жизнь на волоске...
Я пишу стишки вам снова.

Игорь Фармазюк.

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.