Мир Трилобита

Изображение Dina Dee с сайта Pixabay.

Пять утра. Прозвонил будильник. Пора идти на работу. Трилобит не любил вставать, мир снов всегда манил своими сладкими возможностями. Там он был не просто трёхдольным членистоногим, живущим по скромному образу жизни. Там он был наравне с такими жителями Аквафлории как тритоны, как амфибии или разумные головоногие. Они двигали уровень жизни, творили, воевали с людьми из Пангейской Империи, сооружали и давали менее совершенным созданиям служить на благо общества. Но ничего. Охранять и следить за порядком тоже кто-то должен. Трилобиту нравилась его работа. Оклад позволял жить в уютном домике с кухней, прихожей и отдельным местом для металлического экзоскелета.
«Тренога-пять» всегда радостно открывала входной отсек, приветствуя хозяина. По форме она напоминала небольшое блюдце с парой рук и тремя ногами. Да, сверху имелись обзорные камеры, динамики, небольшие антенны и пара фонариков на экстренный случай. И, несмотря на глупый внешний вид, тренога могла очень даже неплохо маневрировать. Её скорость передвижения составляла до восьми узлов в час в воде и до пятнадцати на суше. Правда, в режиме максимальных возможностей экзоскелет быстро сажал батарею и нуждался в портативном источнике питания. Но Трилобит ещё ни разу не гонял треногу на пределе возможностей. Обычных параметров и расхода энергии ему хватало на весь день.
Умыться, привести себя в порядок, поставить кровать на чистку и просушку и заняться приготовлением к работе. Три ножных манипулятора и два ручных с четырьмя сегментами позволяли Трилобиту выполнять много полезной работы. Конечно, таким жителям подводного государства Аекурии запрещали при работе по дому пользоваться уличными эксзоскелетами, но Трилобит настолько привык к любимой машинке, что тренога казалась ему вторым телом. Да, конечно, второго своего друга, коим выступал телевизор, Трилобит включал через порт управления внутри треноги.
— Сегодня адмирал Зорге возглавит командование над подводной эскадрой кораблей. – Сообщал новостной канал.
— Мы прогоним людей из Пангейской Империи из нашей акватории. – Гордо заявлял огромный тритон. – Наши последние научные разработки позволяют аекурским спецназовцам вести боевые действия не только в океанических водах, но также на суше и в воздухе.
— И зачем только они воюют? – Спросил Трилобит у телевизора. Но тот как всегда ответил рекламным блоком. – Нужно переключить либо на канал «Трилобит видео», либо на «Мир вокруг трилобита». В сериях забавных животных и путешествиях ракообразных всегда есть новые сюжеты.
Подогретые пищевые консервы из планктона, водорослей и остатков креветочныхпанцирей как всегда составили основную часть сытного завтрака.
— С добрым утром! – Видеофон включил сигнал от напарника и старого друга – Риблата Горзаря. Они вместе с Трилобитом изъездили всю Аквафлоию вдоль и поперёк, патрулируя запутанные друг в дружке улицы и каналы. Кроме того, Горзарь также использовал экзоскелетные технологии. У него была круглая голова, лицо почти похожее на человеческое, даже подобие носа имелось. Только глаза были крупнее и имели форму продольного ромба, а зато лазуритовый цвет зрачков забавно сиял на фоне морских огней. Широкий рот всегда улыбался, а изобилие смешных фраз превращало любую смену в паре с ним в настоящее развлечение. Он всегда говорил, что юмор – это последняя особенность его натуры, какую он смог сохранить и пронести через всю жизнь. И хоть по меркам аекурцев Горзарь был молодой гражданин, сейчас он мало куда мог устроиться и от прежней жизни перспективного голоногого пришлось отказаться. Четыре года назад после очередного морского боя с людьми Риблат попал под мобилизацию и его определили в офицеры внешней разведки. И в первой же операции спецназ людей отрезал Горзарю лазерным оружием половину тела. Медики Аквафлории сделали всё возможное для сохранения основных функций и жизни аекурца, и теперь бывший герой мог только патрулировать город в паре с Трилобитом и шутить до бесконечности.
— Приветствую! – Ответил другу Трилобит. – Мне пара минут.
— Ты знаешь, — как всегда Горзарь начал издалека, — ты не говоришь мне фразу «я уже еду», и это делает тебе честь, друг. Жду тебя вместе с катером возле твоего дома. Парковочное место номер семь.
Трилобит, смеясь, дожевывал последний кусочек завтрака. Автоматическая посудомойка очистит тарелку. Телевизор, повинуясь команде с пульта, погас, и скоро уютный домик Трилобита погрузится в приятную утреннюю тишину.
— Хорошо иметь друзей. – В очередной раз убедился Трилобит. – Когда нет семьи,детей и живешь просто как спица в колесе, то друзья – это единственное, что отделяет тебя от безумия.
Жёлтый катер Службы Охрана Культуры и Порядка ждал Трилобита в условленном месте.
Скоростная машинка вытянутой формы с открытым верхом из прочного арматурного каркаса как обычно стояла на указанном парковочном месте. Электроник, бортовые огни голубого цвета и круговые радары расширенного радиуса действия позволяли патрульным СОКП.
Риблат сидел за рулём подводного катера, но когда увидел Трилобита – пересел на пассажирское место впереди.
— Я не знаю, — честно признался Горзарь, когда винты катера заработали. – Что я больше всего ненавижу – сидеть и ждать тебя возле дома или забирать машину с утра и ехать по пустым темным улочкам Аквафлории.
— Во сколько ты встал? – Трилобит привык к юмору друга. За три года болтовня Риблата стала тем обязательным звуковым фоном, без которого чувствуешь себя некомфортно.
— В четыре. – Честно ответил головоног, выставляя маршрут патрулирования на сенсорной планшете катера. – Да, я не люблю спать. Спать – это время терять. А время –это единственное сокровище, что у нас осталось после всех прожитых дней и испытаний.
— Что это? – Левая лапа треноги ткнула в северную точку только что нарисовавшейся карты. – Молочное море, старая станция коралловой переработки.
— Это наш маршрут. – Тон Риблата стал серьёзным. Он умел переходить от юмора к делу, когда речь шла о работе.
— Но станция – это территория Василевского и Шмидта.
— Сегодня, мой друг, — ответил головоног, — эту часть их маршрута вставили в наш план. И так будет, пока им не найдут замену.
— А с ними что случилось?
— Мегалодон. – Горзарь произнёс это слово с такой интонацией, словно читал стихи любимой девушке.
Трилобит притормозил. На такие вольности капитана из штаба СОКП он не спешил соглашаться.
— Да перестань! – Взмахнул моллюск. – Вероятность встречи мегалодона с нами в том же месте.
— Семьдесят один процент. – Подсказал другу Трилобит. – Компьютер катера посчитал. С цифрами не поспоришь.
— Тормозни-ка на углу. – Попросил Риблат.
Трилобит остановил катер, приготовившись выслушать очередную порцию острот.
— У тебя есть семья? – Серьёзно спросил моллюск.
Трилобит отрицательно покачал головой.
— Жена? Дети? Любовница? – Продолжал Риблат. – Ты счастлив от своей жизни?
— Нет. – Честно признался Трилобит другу, включая передачу.
— Вот-вот! – Похлопал моллюск напарника по плечу. – Газ в пол и вперёд! К тому же я знаю, что ты не расстаёшься с оружием и даже дома на подзарядке к треноге прикреплены пара охотничьих гарпунов и звуковой пистолет.
Трилобиту стало смешно. Страх от перспективы побывать в желудке вечно голодной акулы исчез, и на душе как-то полегчало. И даже вода высоко над защитным куполом засветилась яркими огнями.
— Похоже, — выдал вердикт Горзарь. – Подводную эскадру Зорге сожгли. Грустно, друг мой! Грустно! Наши горящие в воде суда всегда светятся голубым, а вот розовые и красные всполохи – это линкоры Пангейской Империи, где живут люди и другой наземный сброд. Приготовься! Сейчас выжившие корабли людей начнут сбрасывать нам на головы глубинные бомбы расширенного радиуса действия.
Как моллюск и сказал, высоко над головами на защитном куполе расцвели жёлтые пятна далеких взрывов.
— А почему мы вообще воюем с людьми? – Не выдержал Трилобит. – Я читал, что там наверху мир такой же огромный, как и у нас. Зачем они пытаются нас уничтожить? Пусть осваивают свои территории.
— А я как-то от ученых услышал, что под Аекурией в пяти километрах под океаническим дном существует то ли ещё один океан, то ли река какая-то особенная. И мы мешаем людям пробурить к ней доступ. Ну, и вдобавок – рабочая сила, освоение морского дня, геотермальные источники, газовые реки, технологии по экологической переработке вредных веществ и медицина – вот, что им нужно.
— Но мирный итог вопроса возможен. – Не унимался Трилобит. – Зачем воевать?
— Хи! – Моллюск хмыкнул. – Придумал тоже. Война с наземным миром у Аекурцев идёт больше двадцати лет. И если первые десять лет мы только строили и расширяли защитные купола из силовых полей, то в последние пять лет нашему генералитету захотелось не просто отбрасывать эскадры людей, а ещё и выйти на сушу и там нанести имперцам поражение.
— Придумал тоже! – Трилобит засмеялся. – Мы на суше!
— Вот-вот. И я смеюсь, и ты смеёшься, а между тем от десяти до тысячи аекурцев и людей гибнут каждый день в решении глупого вопроса «кто сильнее». Стой!
— Грузовик с креветками не там припарковался? – Замялся Трилобит.
— Да. – Согласился Горзарь. – И это тоже. В Институте Океанической Медицины горит свет. Я хочу только проверить. Будь в катере. Если что – запросишь подмогу.
— Ладно. – Хлопнула дверь, и офицер СОКП заученными движениями вошёл в здание.
— Оружие всегда при нас. – Размышлял Трилобит, прождав друга двадцать минут. –Я тут. Там все тихо, открыты двери. Открыты двери!
Взяв звуковой пистолет наизготовку, Трилобит вошёл в здание. Высокие потолки, полукруглые своды — он уже видел такую архитектуру здания. Лифт находился в конце маленького холла. И здесь была первая странность – на пятиэтажном здании индикатор этажей лифта указывал цифру десять.
Трилобит спокойно вошёл в лифт, и автоматика сама повезла его наверх.
Этаж действительно оказался десятым. Виды из широких окон это подтверждали. Но Трилобита поразило не это. В просторном помещении не было ни комнат, ни кабинетов, ни офисных перегородок. Только пять медицинских столов, на которых лежали тела гуманоидов. В ста метрах впереди стояла фигура, окружённая ореолом серебристого сияния.
— Аквалангист! – Догадался Трилобит. – Аквалангист или водолаз – солдат армии людей находился здесь, в городе Аекурии!
И человек говорил. Громко и открыто. А кого было бояться? Судя по всему, об этом месте почти никто не знал. Трилобит выставил микрофоны треноги на максимальную чувствительность и откорректировал фильтр.
— Какого ангела вы сюда явились?! – Спрашивали у человека. – По графику вы должны прибыть в это место через шесть дней. Что за фокусы?
— Это не фокусы. – Ответил незнакомцу человек. – Да, мы изменили сроки операции, и вместо того, чтобы бросить тебя здесь, я рискую собственной шкурой и спускаюсь в эту подводную дыру.
— Рискуешь? Мои тебе заплатили и очень даже хорошую сумму за твои услуги. Только попробуй меня здесь бросить – живо на электрический стул сядешь. Коллеги об этом позаботятся.
Аквалангист сложил руки на груди. Только внимательно присмотревшись, Трилобит понял, насколько гость был огромен. Его рост достигал почти трёх метров, в плечах — чуть меньше двух. И скафандр на нем был такой, словно борта боевого батискафа.
— Короче, — подытожил человек. – Я привёз тела. Дыхание универсальное – дышат воздухом и растворённым кислородом. Мышечная крепость зашкаливает. Хоть кувалдой бей, так что выдержат любые перегрузки. Так что делай свой выбор, и мы уходим наверх. У нас на всё три часа.
— Три часа?
— Тебя что-то не устраивает? – Намекнул аквалангист.
— Да! – Взвизгнул шпион. – Я не могу вот так взять и исчезнуть. Мне нужно минимум пара дней.
— Испаритель уже доставлен в твою Аквафлорию, и через неделю здесь всё превратится в суп из морепродуктов. Я сделал всё, что мог. Решай, и мы уходим.
Щелчок сбоку.
Трилобит повернулся, и его тело пробило электрическим гарпуном. Он попытался выстрелить в ответ, но не смог. Жизнь уходила из небольшого тельца ракообразного.
— Ни семьи, ни жены, ни детей, ни счастья. – Вспомнились слова, пока через мглу до ушей не дошли голоса:
— Ты зачем это сделал?
— Он из СОКП! Он нас видел. Сейчас придёт подкрепление и всем будет неприятно.
— Верни его к жизни.
— Что?
— Берджис, я приказываю: верни его к жизни!
— Я…
— Тебе за риск заплатили, помнишь?!
— Будь по-твоему.


***
— Итак. – Услышал Трилобит первую фразу, как только глаза открылись. – Ваше имя Лютер Джи Уоттс, я прав?
— Нет. – Трилобит качнул головой, и тут же получил удар в живот. Ощущения были странные, необычные, неприятные, болевые и интересные — и всё это в одно и то же время.
— В следующий раз при слове «нет» я ударю тебя по голове и разобью тебе голову. – Человек-амфибия с зеленоватым лицом, яркими глазами и красноватым гребнем злобно наблюдал за реакцией пленника. – Вы на допросе у офицеров внешней разведки Аекурии. И советую отвечать по существу.
Три круглых знака отличия лимонного цвета с глазом арктического кальмара на погонах говорили о капитанском чине ведущего допрос. Боевой скафандр тёмно-синего цвета плотно облегал мускулистую фигуру капитана. В его перекачанных мышцах было столько силы, что по его телу студенты могли спокойно изучать всю анатомию людей-амфибий. На правой руке была надета серая перчатка, искрившаяся оранжевыми огнями. Это ей он ударил Трилобита в живот.
— Правильно мыслишь. – Гордо произнёс капитан. – Меня зовут капитан Махранг, а это мой энергетический кастет. И сейчас я поставлю его на полную мощь. Говори – кто ты?
— Трилобит, младший офицер СОКП, город Аквафлория Аекурского государства.
Бить пока что его не стали, хотя Махранг явно желал услышать другой ответ.
— Тот Трилобит, — начал капитан, — погиб вчера при взрыве в Институте Океанической Медицины. А при вас нам удалось обнаружить документы на имя конкретного гражданина Пангейской Империи. И у меня теперь к вам последний вопрос: кто вы и откуда? И сразу – почему при вас найдена экипировка водолаза-подводника, включающая ножи и робота-пилу.
Неизвестно, где именно капитан Махранг вел допрос. Защитного шлема с обогащенной кислородом водой на нём не было. Это означало, что Трилобит находился где-то под водой. Но вот его тело было другим.
Большая крепкая голова улыбнулась Махрангу как можно наглее, а кожистое веко правого глаза зазывно подмигнуло.
Махранг замахнулся и приготовился нанести удар. Не по голове. Он целился в плечо. Впрочем, какая разница – трилобит достойно встретил атакующий порыв дознавателя.
Рывок с места стал первой фазой атаки. По удивленному лицу капитана Трилобит понял, что от него такой прыти не ожидали. Удар левой ноги отбивает нацеленную в него руку с кастетом. Правая нога как пуля бьёт точным ударом в мускулистую грудь. Но бьёт не просто. Удар пришёлся точно между мышечных волокон – груда мускулатуры от подобного трюка не спасёт, и Махранг согнулся. Зажав в силовом захвате руку с кастетом, Трилобит оседлал согнувшегося офицера Аекурии, зажав его голову между двух согнутых ног, расположенных одна над другой. Осталось только напрячь бёдра и голени, а также плотно прижать друг к другу колени, чтобы капитан захрипел в предсмертном всхлипе.
— Куда бежать?! – Пока не накатила волна настоящего страха, при котором впадают в кому, офицер СОКП начал лихорадочно соображать. Первое, что он сделал – взял перчатку убитого Махранга. Оружие и сумка со странными сонными жучками зеленовато-оранжевого цвета также перешла к Трилобиту. Он нашёл её в соседней комнате. Следующей важной находкой стало зеркало. В нём он впервые увидел себя нового. Гуманоид с мускулистым телосложением под метр девяносто ростом. Лысый круглый череп, обтянутый синеватой кожей, имел жалкое подобие растительности на бороде, шее и щеках. Глаза большие, янтарно-жёлтого цвета, губы тонкие, рот широкий. Как у Риблата. И даже нос был! Как у людей из старых фильмов. Его новое лицо изобразило довольную улыбку, а когда рука почесала щёку, по всему телу пробежались волны мышечной ряби. Трилобиту казалось, что его новое тело может голыми руками одолеть всю армию Пангейской Империи. Одет он был в такой же скафандр, как и его дознаватель. Шутки шутками, а куда бежать? В одной из соседних комнат нашлась шлюзовая дверь в реактивную капсулу. Не дожидаясь, пока внешняя разведка пришлет мёртвому Махрангу подмогу, Трилобит сел в капсулу и активировал старт.

***
Капсула выбросила Трилобита на поверхность! Мир воздуха, ветров и земной гравитации без воды и морских течений. Красота! Птицы, солнце, земля и приветливые люди, мирно строившие моторные лодки в стоявшем недалеко от берега здании. Трилобит наблюдал за всем этим и не мог насладиться новыми впечатлениями, потому что их было очень много.
Аекурия и здесь напомнила о себе.
Леди-амфибия выбралась на берег и спокойно подошла к зданию. Но Трилобита насторожило другое – в её руках тикала бомба.
Не желая больше никого убивать, офицер СОКП решил дать даме выполнить задуманное, а потом обезвредить бомбу. Непонятно, откуда, но он обладал и навыками и знанием в этом деле.
Жилистая, подтянутая, в боевом скафандре аекурцев и шлеме, полном океанической воды, леди-амфибия установила бомбу возле северной стены здания и спокойно ушла назад, к воде. Люди-амфибии не могли дышать газообразной атмосферой, поэтому носили с собой нечто вроде акваланга, но заправленного морской водой с растворённым в ней кислородом.
Трилобит легко нашёл закладку и почти обезвредил её, как вдруг к его спине прислонилось нечто острое.
— Не двигайся! – Прошипел дамский голос.
— Я не знал, что аекурцы минируют людские здания на побережье. – Саркастично заметил Трилобит.
— А я зато узнала тебя сразу. – Пришёл ответ. – Ты – Лютер Уоттс, шпион Пангейской Империи, захваченный после теракта в Аквафлории.
Группировка, быстрый кувырок вперёд и удар ногами вверх вызвали желаемый результат – леди-амфибию отбросило назад. Стрелять она не стала, и это хорошо, иначе могла прийти на звук выстрела охрана.
— Меня зовут Трилобит. – Ответил Трилобит, направляя на женщину ствол своего оружия. – Я не знаю, что случилось в Аквафлории после того, как меня пронзили шоковым гарпуном. Но я не хочу неприятностей ещё и на земле, где меня, оказывается, тоже знают и даже есть имя – Лютер Джи Уоттс. А кто ты такая? И что ты здесь делаешь?
— Гелия. – Прозвучало из динамика. – Имперец меня бы пристрелил, к тому же у людей не такая быстрая реакция как у тебя. Я — офицер внешней разведки Аекурии.
— Деактивируй бомбу! – Трилобит бросил Гелии её сувенир. – Уничтожив здание лодочников, ты ничего не добьёшься.
— Тогда что делают вон те!? – С вызовом спросила дама-амфибия.
В пятистах метрах от героев из подземного цеха на исполинской грузовой платформе выехало гудящее сооружение. Его высота была не меньше тридцати метров, остальные габариты были примерно такие же. Люди в жёлтых комбинезонах сновали вокруг сооружения, сердито жестикулируя.
— Ты это хотела уничтожить? – спросил Трилобит.
Гелия согласно кивнула.
— Тогда подойдём поближе. – Предложил спутнице Трилобит. – Я офицер СОКП Аквафлории и тоже хочу прекратить глупую войну между пангейцами и нами. Но смертью простых рабочих мы ничего не добьёмся.
Небо над головами героев неожиданно накрыла гигантская тень.
— Это похоже на транспортник для той штуки! – Объяснила Гелия. – Нам нужно поторопиться.
Сооружение, интересовавшее леди-амфибию, напоминало гигантский полупустой ящик прямоугольной формы с отверстиями, наполненный доверху шипящими шарами.
Воздушный корабль, напоминавший гигантскую морскую звезду, раскрыл чрево и с помощью магнитных лифтов приступил к подъёму странного груза на борт.
— Что бы это ни было, — начал Трилобит, приближаясь к сооружению. – Оно весьма опасно и летит в сторону линии фронта. А здесь его просто собрали или провели испытания.
— Что это такое?
— Испаритель. – Название всплыло в голове само, как напоминание о чём-то страшном и глубоко похороненном в пучине памяти. – Испаритель воды. Устройство, мгновенно превращающее воду в пар.
— Но если выпарить воду, то…
— То к аекурцам придет смерть. – Трилобиту хорошо было спокойно рассуждать о жизни и смерти, ведь он мог дышать как растворённым кислородом в толщах воды, так и воздухом надводного мира.
Гелия готова была разрыдаться от подступившей паники. Родители, братья, сёстры, друзья и красивый мир морских садов – всё это будет превращено в варёную кучу органической массы. Любого могло бы стошнить от перспективы столь близкого будущего.
Трилобит задумчиво сложил руки на груди.
— У тебя ведь есть план, не так ли? — По-детски улыбаясь, произнесла Гелия.
Широкие аквамариновые глаза женщины-амфибии рассматривали недавнего врага как единственный луч света внутри кромешной тьмы.
— Мы не позволим людям уничтожить подводный мир аекурцев. – В такой ситуации произносить помпезные речи – глупо, а просто стоять и признавать бессилие – жестоко.
Трилобиту ничего не оставалось, кроме как сказать банальное:
— Пошли! У нас есть работа.
— Лютер! – В голосе леди-амфибии звучали ноты ужаса. – Транспортник взлетает!
— А с ним и оружие массового уничтожения. – Говорить много слов было уже лишним делом. Люди с поверхности уже запустили протоколы взлёта огромной машины, по виду напоминавшей гигантского паука с пятью непропорциональными лапами угловатой формы. Но неказистая внешность не мешала транспортному кораблю быстро набирать высоту и нести до места назначения многотонный смертоносный груз.
— Вперёд! – В родных водах Аекурии Гелия преподавала уроки выживания на глубинных пустынях и в гигантских коралловых лесах. Поэтому за физическую подготовку спутницы Трилобит нисколько не волновался. Водяной скафандр сохранил больше сорока процентов ресурсов, а к гравитации воздушного мира леди-амфибия прекрасно адаптировалась.
— Но как мы попадём на борт воздушного судна? – Этот вопрос мучил и Трилобита.
Летающая машина набирала ход семимильными шагами. Нижний конец шасси и асфальт взлётно-посадочной полосы уже разделяло больше сотни метров. И как назло поблизости не было ни единого здания. Даже деревьев сколь угодно больших также рядом не оказалось. Да, Трилобит мог провести прыжок в мире воздушной стихии, но не на сотню метров. Летать он тоже не умел, к тому же у него не было крыльев. Спутница имела похожий арсенал физических возможностей.
— На твоем скафандре есть электромагнитный гарпун. – Правильная идея пришла в голову совсем неожиданно. – Используй его и стреляй по транспортнику. Мы уже под ним.
Гелия не стала оспаривать команду. Да и кому бы в голову пришло в экстренной ситуации вспоминать о такой мелочи как табель о рангах. Хотя, формально, в родных водах Трилобит носил звание младшего сержанта и имел официальную форму городского патрульного с зарегистрированными номерами погон и нагрудного знака.
Индикатор гарпуна показал, что стрела-липучка достигла цели.
Идя в бой первым, Трилобит ловко прыгнул вверх, хватая уходивший ввысь трос.
— Нам нужно подняться на борт, — уже вниз, на голову взбиравшейся следом Гелии, отрезал Уоттс. – Но сделать это нужно по-тихому и незаметно.
Догнать корабельную тягу по скорости подъема оказалось почти непосильной задачей даже для героев. Через канал громкой связи Трилобит слышал, как Гелия судорожно делает вдохи растворенного кислорода, но когда заветный люк аварийного выхода оказался в полуметре от плеча, Лютер взял небольшую паузу, давая себе и спутнице время на небольшой отдых. Трос гарпуна отлично выполнял свои функции. Переплетения полимерных волокон без проблем выдержало вес обоих диверсантов. Скафандры и экипировка помогали не стереть до костей пальцы при скоростном подъеме по узкому тросу. Бойцы Аекурии провели на полимерных нитях чуть больше десяти минут. Даже для их подготовленных тел это была высокая нагрузка. Руки и спина болели до изнеможения, голова кружилась от яркого солнца и недостатка кислорода. Были даже несколько моментов, когда Трилобит готов был разжать пальцы и упасть вниз, разом для себя покончив с войной за ресурсы, а также со всеми неприятностями жизни, какие он испытал. И что-то упорно заставляло его идти вперёд. Какое-то чувство, поднимавшееся из глубин души словно цунами на ровных волнах океана. Водный мир, столетиями пребывавший в мире и гармонии с целой планетой, восставал внутри Лютера. Отголоски океанской воды стучали в каждой молекуле крови. Война между людьми и аекурцами должна угасать, а испаритель создаст целую лавину событий для эскалации военных действий. Трилобит не сразу обратил внимания на точный выстрел Гелии. Стрела гарпуна попала в борт корабля почти рядом с аварийным люком. Конечно, проползти на руках по гладкой обшивке воздушного судна он бы смог – скафандр сотрудника внешней разведки аекурии вполне позволял проводит столь хитрые трюки. Перчатки с молекулярными магнитами – отлично подходили аекурцам при работах с тяжелыми предметами. Программируемое магнитное поле могло вступить во взаимодействие почти с любой поверхностью. А если объект контакта обладал преобладающими габаритами, то его связь с магнитами скафандра лишь усиливалась.
— Там, внутри, — показывать пальцем на серо-стальной корпус летающей машины было бесполезно. – У людей наверняка полно охраны. Это будут хорошо подготовленные солдаты.
Гелия кивнула.
— Главное, — продолжил Трилобит, — собери оставшуюся силу в кулак и выиграй как можно больше времени. Я постараюсь с максимальной скоростью проникнуть в рубку управления и посадить эту летающую махину в безопасном месте.
Леди-амфибия не показывала усталости. Просто кивала, соглашаясь с каждым словом. Но острый взгляд фиалковых глаз, при котором всё внимание сфокусировано в одну точку, показывал истинный уровень усталости.
Фраза «готова» прозвучала синхронно с открывшимся люком. Комбинации у замка не было, механизм отпирался особыми движениями двух кольцевых ручек.
Гелия не бросилась на пол, когда под ногами появилась твёрдая опора. Леди-амфибия мягко осела на пол, обхватив руками колени.
— Извини. – Лютер присел рядом и обнял спутницу за плечи.
— За что? – Не поняла дама.
— Это я втащил тебя в это дело. Не попытайся ты задержать меня у берега залива, то была бы сейчас в безопасности. А так, я подвергаю тебя опасности.
Конечно, это он – жалкий Трилобит, патрулировавший улицы, — подвергает опасности офицера внешней разведки. Кто бы мог подумать? Странно, что рот Гелии сумел спрятать улыбку.
— Что это? – Амфибия резко прильнула к окну иллюминатора. – К нам приближаются ещё корабли.
Небольшие, юркие и раскрашены в цвета армии людей, к транспортнику с испарителем приближались военные воздушные суда.
— Это истребители. – Предположил Трилобит. – Армия людей. Они летят вместе с нами как воздушное сопровождение.
— Куда?
— В зону высадки.
— И что ты предлагаешь делать? – Собрав оставшиеся силы в кулак, Гелия извлекла из орудийной сумки рельсотронный пистолет. – Сколько у нас осталось времени до сброса испарителя? И почему нас до сих пор не окружили вражеские солдаты?
Слишком много вопросов и все правильные. А на войне по-другому и не бывает.
Трилобит ответил в обратном порядке:
— Сигнализация не сработала, потому что я не сломал, а открыл аварийный люк.Транспортники Пангейской Империи, как видишь, весьма шустрые машины. Я думаю, у нас есть около часа до прибытия к месту сброса оружия. Но это оценочное время. Его может быть как больше, так и меньше. Но сейчас наша задача – спасти мир Аэкурии. Методы идут любые, и поэтому мы примем самые надежные – мы тупо посадим корабль в другом месте, а потом уничтожим. Для этого я пойду напролом в сторону мостика управления и отвлеку на себя основную массу охраны. Ты в это время пробираешься к двигателю и выводишь машину из строя. Что будет с нами при крушении – вопрос вторичный. Я ясно всё объяснил?
Гелия улыбнулась по-дружески:
— Кристально.
Не сотрясая воздух ни единым лишним звуком, Трилобит похлопал напарницу три раза по плечу. «Вперед, действуем!» — Как бы скомандовал Лютер.

***
Обзорный экран летающего судна представлял собой прямоугольную голографическую панель, отображавшую информацию с любой из бортовых камер. Передние, задние, боковые с функцией объёмной съёмки – все видеоданные обрабатывались компьютером и выводились единым потоком информации. В дополнение к этому, командир корабля имел возможность переключиться на вид с главного мостика. Облака, солнце и ощущение полной свободы дурманили мозг крепче любого вина. И даже ненавистный океан с проплешинами небольших островков отсюда казался не таким уж томным и скучным. Белые барашки волн шествовали по водной глади как солдаты на великом параде, приветствуя своего нового маршала. Морские птицы пели песни будущим победителям многолетней войны, сверкая белыми крыльями над водной гладью. И где-то там, в паре километрах внизу, под толщей воды и органической биомассы располагалась Аэкурия – единственное подводное государство, посмевшее поднять голову и произнести твёрдое «нет» желанию Пангейской Империи о тотальном господстве.
Чтобы толстые пальцы не испортили миг триумфа, гигант управлял кораблем с помощью нейросинаптической связи. Особый модуль, встроенный в броню, мог легко подключаться к интерфейсу транспортника через специальные кабели. Беспроводная связь в подобных системах не использовалась с целью избежание вредоносных атак со стороны или перехвата управления на расстоянии. Одна только мысль позволяла гиганту видеть все камеры и датчики аппарата одновременно. Конечно, он видел как гости высадились на его борт. Что ж, бывает и не такое в жизни. Гостей нужно уважить и принять по достоинству. Сказано – сделано. Пара десятков охранников из человеческой армии сейчас лежала в коридорах и залах, зажимая ушибы и переломы. Надо отдать должное аекурцам — они никого не убивали просто так и не старались сильно покалечить людей.
— Я столько ждал этого момента. – Фигура на капитанском кресле поражала своими габаритами. Размером с небольшой домик транспортником управлял настоящий гигант в механизированной броне алого цвета. Конечности толщиной с метр таили в себе такую мощь, что их обладатель мог в одиночку справиться с небольшой армией.
— Наконец-то, получив доступ к технологиям людей-амфибий, я смог создать величайшее оружие в противостоянии воды и суши. – Закрывая голову конусообразным шлемом из жидкой брони, капитан судна позволил себе рассмеяться. Встроенные в лицевую часть шлема динамики усилили и без того громкий смех, пронзив всё пространство капитанского мостика чудовищным рёвом исполинского хохота. – Как же долго я ждал этого часа.
— Почему все мужчины такие колючие? – Гелия едва не разрыдалась, увидев, куда именно послал её напарник. Двигатель транспортника был устроен так, что в полёте к нему было не подобраться. Желеобразное силовое поле окружало серебристые жужжащие боки точно бетонный саркофаг. Стреляй, кричи, бей, ругайся – всё это было бесполезно против такой защиты. Зато указатель «Аварийный выход. Спасательные капсулы» попался на глаза почти сразу.
— Дурацкий Трилобит! – Ругалась дама-амфибия. – Додумался послать офицера внешней разведки к аварийному выходу за час до глобальной катастрофы. Блестяще!
— Что вы здесь делаете? – Солдат пангейской армии появился как всегда вовремя.
— Ну, вот. – Расстроилась Гелия. – Он же обещал взять охрану на себя.
— Прислонитесь лицом к стене, ноги на ширине плеч, руки за голову. – Прозвучала команда.
Женщине пришлось подчиниться.
Человек в синей униформе деловито подошел к ней и заученными движениями начал одевать наручники. Вот только солдат не учел, что у аекурки-амфибии кроме рук и ног есть ещё и хвост! Удар в пах хвостом, затем удушающий захват руками на голову, рывок — и шея человека сломана.
Следующий охранник был хитрее и прежде, чем произносить слова, произвёл пару выстрелов. Гелию от неожиданности атака застала врасплох, аекурку ранили в плечо. К счастью, она успела использовать собственное оружие и от злости всадила в имперца шесть пуль.
— Вот это план! – Сокрушалась дама. – Если у Трилобита и остальные пункты выполнились с такими же успехами, то я должна быстро бежать ему на помощь. Хватит ли мне патронов? Обойма насчитывает пятнадцать зарядов. А это что? – Женщина увидела в инвентаре убитого имперца медицинский блок с набором хирургических нанитов. Такая штука как раз может помочь при тяжелых ранениях.
— А если нас убьют, то как мы собьём этот корабль? – Такого в планах Трилобита тоже не было. А его планы все проваливались один за другим. – Нужно решить и этот вопрос.
Ничего лучше, кроме взрыва мин, не пришло в голову. Второй убитый солдат был, скорее всего, из роты механиков, потому как в его вещмешке обнаружились три блока с программируемой взрывчаткой. Плюс имелась ещё и её собственная бомба, которую она готовила для взрыва здания. Четыре огневые точки рядом с двигателем, да ещё и в воздухе. Испаритель точно не долетит до линии фронта. Трилобит говорил о часе времени, расстались они двадцать минут назад. Плюс, коллегу нужно найти и, возможно, помочь. По расчётам Гелии на всё должно было хватить двенадцати минут. Неожиданно корабль начало трясти, и в воздухе запахло гарью. Заработали противодымные установки. Неприятный ноющий гул от больших вентиляторов неприятно бил по ушам.
— Трилобита нужно найти. – Решила аекурка, закладывая заряды.

***
— Риблат?
Огромное кресло с гигантом внутри развернулось вокруг оси так плавно и быстро, что Трилобит успел сделать лишь полшага.
— Я долго думал об этой минуте. – Заговорил капитан судна. – Нужно быть полным глупцом, чтобы открыто пренебречь законом подлости. А он гласит – в самый неожиданный момент Аэкурия явит своего героя и произойдёт великая битва титанов. Имперец против дурачка. И, знаешь, я много кого из офицеров внешней разведки Аэкурии представлял на этом месте. Больше всего я хотел увидеть перед собой Махранга. Этот жилистый комок физической мощи мог составить мне неплохую партию в рукопашном бою. А Норд? Его восемь щупалец запросто сдавливали двуместный батискаф. И где же они сейчас, мне интересно?
— Махранг – мертв. – Как бы извиняясь, ответил Лютер.
— Полагаю, что так и есть. – Согласился гигант. – Раз уж ты здесь. Я надеюсь, ты не будешь спрашивать банальные «почему» и «зачем». Это глупо, и развернутых ответов я тебе не дам. Я по рождению – пангеец. Ребёнком бегал по твёрдой почве, дышал газообразным воздухом полной грудью. Но из-за глупой войны пришлось мне примерить иную судьбу.
Рука навзлёт, палец на спусковом курке, выстрел последовал точно в тёмную пустоту между лицевой маской и верхними плоскостями шлема.
Голова капитана дёрнулась, но умирать так просто он не собирался. Ловким движением головы капитан судна откинул полы защитного капюшона.
Риблат Горзарь, второй патруль городской охраны Аквафлории – пятого города по величине в Аэкурии. Впрочем, голос никогда не подводил и поэтому служил частым идентификатором личности при различных проверках. Череп старого друга немного изменился по форме и стал походить на человеческий. От бывшей амфибии сейчас мало что осталось. Нос принял более вытянутую форму и стал крупнее, о губах судить было сложно – их закрывала лицевая маска. А вот глаза также не могли соврать. В лазуритовом блеске зрачков по-прежнему горела жажда к жизни. Такой приятный в общении и всегда тянущийся к новым вершинам познания, Горзарь сейчас перевоплотился в машину для убийства. Пуля Трилобита почти касалась лба, но только почти. Желеобразная прозрачная масса окутывала снаряд точно призрачная рука. Так работала жидкая броня Риблата. Как паучья сеть, защита банально ловила смертоносные пули, не подпуская их к голове. Ещё секунда, и пуля вместе с желе с шумом упала на пол.
— Стрелять в тебя бесполезно. – Размышлял Лютер. – Мои пули не смогут пробить твою металлическую броню. А вот отвлечь тебя от управления кораблем – это я устроить могу.
— Раз ты захотел вспомнить детство и сыграть в стрелков. – Прищурился Риблат. – Поиграем!
Огромные руки молниеносно выпустили по врагу очереди из металлических пуль. Орудия были встроены в броню, и Риблату не приходилось особо напрягаться для атаки.
Переставной шаг, кувырки и перекаты помогли Трилобиту избежать ранения. Пули, следовавшие за ним по пятам точно льющийся с неба металлический дождь, оставляли за собой причудливые выбоины в полу. Плиты из прессованной каменной крошки обладали достаточным запасом прочности, чтобы не треснуть как переспелый плод.
Выждав пятнадцать секунд огневого шквала, гигант прекратил тратить боезапас.
— Как видишь, — смеясь, произнёс Риблат, — в этом месте нет широких колонн или лабиринта с небольшими комнатками.
Трилобиту пришлось покрутиться, но усталости пока что в его теле не прибавилось.
— Ты хорошо порезвился в стиле придворного шута, уклоняясь от моих пуль. Но что произойдёт, если я возьму оружие в обе руки и позову на помощь боевых дронов? – Гигант играл со своим гостем как кошка с мышью. – В любом случае, ты – проиграл. Потому что пока мы с тобой трюкачим, судно летит к месту выброса испарителя. А с моими знаниями кодов «свой-чужой» я доставлю оружие массового уничтожения в самое сердце Аекурии. И ты ничего не сможешь мне противопоставить.
На лице Трилобита расцвела озорная улыбка.
— Что? – Не понял Горзарь, но его слова прервались чередой взрывов, пронёсшихся по всему кораблю.
— Это микробомбы в виде роботизированных автоматов. – Объяснил Лютер. – Я назвал «трилобит-бомбы», хотя у инженеров они называются «бомбы-пауки».
Огненные грибы взрывов как настоящие паразиты покрыли все стены и пол. Ударной силы микрозарядов вполне хватило на разрушение основного покрытия.
Трилобит улыбнулся, видя творение своих рук. Теперь часть корпуса корабля покрылась трещинами, которые на высоте в несколько километров могли привести к разгерметизации судна и затем к падению. Ещё одним неприятным последствием частых и неконтролируемых взрывов послужили многочисленные пожары, возникавшие в любых местах. Лютер разбросал много бомб-пауков, пока шёл от точки высадки до комнаты управления. Теперь вся летающая махина превратилась в один небольшой костёрчик.
— Главное, чтобы Гелия сообразила вовремя запустить процедуру аварийной эвакуации и села в спасательную капсулу. – Волновался Трилобит за подругу. Как правило, глупые и укоризненные мысли лезут в голову в самый неподходящий момент. Впрочем, Трилобита недавно едва не пристрелили как морскую улитку на коралловом рифе. Вспомнить неудачные поступки и покаяться сейчас как раз настало самое время. Ведь после крушения корабля сожалеть будет некому и не о ком. – Я специально отправил её в моторный отсек, зная, что он отлично защищён прочной оболочкой. Упрямый офицер внешней разведки будет упорно пытаться открыть крепкие двери, и в момент взрывов Гелия будет как раз рядом с тем местом, где расположен первый ряд спасательных капсул.Так я хотя бы одного аекурца точно спасу. Насчёт всего населения подводного государства я не уверен.
Огни освещения корабля замигали тревожным оранжевым светом, предупреждая экипаж и пассажиров о предстоящей катастрофе.
— Ага! Мой план пока что работает. Плохо, но работает. – Радовался Трилобит.
— Всё не так просто, как кажется! – Кабели от модулей управления кораблём, присоединённые к телу Риблата, передавали команды громилы ремонтным службам корабля. – На этом суде установлена новейшая система по ликвидации аварийных ситуаций. Так что, просто так расстроить мои планы тебе не удастся.
По всему помещению расползались клубы едкого дыма синевато-сизого цвета. Это горели пластиковые элементы обшивки и проводки. Системы корабля тут же включили аварийные вентиляторы и режим пожаротушения. Плотные облака водяных аэрозолей погрузили всё пространство в сырой непроглядный туман. Смесь дыма и водяных паров могла держаться в воздухе несколько минут. Но враги прекрасно видели друг друга и вполне могли вести полномасштабные боевые действия.
— Интересно. – Догадался Трилобит. – Цепочка кабелей наверняка не имеет защиты от пуль. Иначе их нельзя было бы состыковать с живым телом и сверхскоростным компьютером.
Оружие аекурца открыло огонь, и серия точных выстрелов разрезала пучок плотных проводов.
Горзарь на секунду потерял концентрацию, когда лёгкий электрический разряд ударил его в гнездо соединения кабелей с его телом. Движение руки, снабжённой самонаводящейся пушкой, пришло с небольшим замедлением.
— Если этот предатель устроит по мне тир, то я могу и не уклониться от всех выстрелов пушки. – Голова думает, а руки делают — именно так и работали военные ликвидаторы на полях брани. Кое-что из мирного арсенала аекурцев сейчас очень даже пригодилось. Гибкая автоматизированная пила – обязательный спутник всех работников подводных шахт и заводов. Выполненный из разумного металла автомат мог проникать в любые трещины и разломы. В этом ему помогали тонкий корпус и пластичная основа, а крепкие зубья могли мгновенно перепилить титаноуглеродистый сплав. При монтажных работах в метановых реках или молочных морях, где о лазерной сварке и речи быть не могло – автоматизированные микромашины творили настоящие чудеса. Скоростная резка металла и замыкание зубчатой кромки устанавливались по умолчанию в пилы как базовые настройки. Трилобит лишь активировал инструмент и бросил автомат на ту самую руку, в которой Горзарь держал пушку. Робот-пила точно змея обвилась вокруг локтевого сегмента брони и принялась за работу. Воздух вокруг капитана судна засветился от мелких искр яркого белого цвета.
Риблат слишком поздно понял, какая участь ему предстоит, но спасти конечность не представлялось возможным. Злобно зарычав, он поднял вторую руку и возобновил функцию встроенного в броню пулемёта. Обнаружительные способности капюшона из жидкой брони нисколько не уступали умению Трилобита находить цель атаки в кромешном мраке.
Серия частых выстрелов прошила всё помещение по диагоналям пару раз прежде, чем робот-пила, выпущенная на цель, закончила свою миссию.
Гигант лишился правой руки по локоть. Из оставшейся культи хлестала фонтаном кровь.
— Ты всё равно подохнешь, аекурец! – Злобно прокричал Риблат в пропитанный гарью воздух.
Удар сотряс здоровяка точно в грудь.
Трилобит бил сильно и прицельно.
— Нужно во что бы то ни стало вытащить тебя из кресла управления! – Эта мысль стала самой главной для аекурца с той самой секунды, как его перчатки с магнитами пришли в действие.
Потолок – туда бы не стал целиться ни один стрелок, особенно одолеваемый чувствами мести и обиды, приправленными острой болью.
Трилобиту пришлось воспользоваться не совсем честным приемом и уйти от разящих воздух пуль наверх. Опыт преодоления подобных дистанций у аекурца имелся, и настигнуть цель, двигаясь вперёд и вниз головой, не представляло труда.
Уступая в массе и габаритах, Трилобит сумел отстранить Риблата от командования кораблем. Но как на все сто процентов посадить корабль или сбить его?
— Борт тридцать четыре. – Прозвучало из динамика. – У вас всё в порядке? Наши датчики фиксируют массовые очаги возгорания внутри вашего судна.
Это были истребители. Глупая мысль пришла в голову быстро.
— У нас непредвиденная ситуация. На борту предатель-аекурец. Приказываю сбить тридцать четвёртый борт. Риск перехвата секретного груза достаточно велик. – Договорить Трилобиту не позволил Горзарь, когда своими очередными выстрелами разрушил командную панель.
— А что? – Мстительно ухмыльнулся Риблат. – Мне нравится идея про аекурца. Испаритель я могу ещё один сделать, и операция вновь повторится, а побыть пару месяцев героем Пангейской Империи я бы не отказался.
Медицинский модуль брони Горзаря сделал своё дело – культя не фонтанировала кровью, а масса болеутоляющих вернули громиле способность к здравому рассуждению.
Крупнокалиберные пули прошили борт транспортника, как раз когда громила собирался выстрелить в бывшего друга в последний раз.
Аекурцу удалось вовремя лечь на пол, а крупному телу оппонента пришлось принять часть атаки на себя. Попадания пришлись как раз на левую сторону груди и орудийный блок.
— А пангейская авиация людей отлично выполняет приказы! – Лютер не мог не восхититься столь вовремя подоспевшей помощи. – Вопрос только в том, когда по нам выстрелят ракетами?
Но радоваться победе было рано – предатель Аекурии был ещё жив, и умирать так просто не собирался.
Неприятный щелчок — и тяжёлая пушка с грохотом упала на пол, а из локтевого сегмента плавно выдвинулся блестящий полутораметровый клинок. Для своих габаритов Риблат неплохо владел холодным оружием.
— Я не хотел тебя убивать, дружище. – В голосе бывшего друга и напарника звучала горечь утраты. – Но так распорядилась судьба. Это всё война, коллега! Я не виноват, что именно нам приходится биться за чужую победу.
Свои патетические фразы Риблат сопровождал умелыми выпадами. Шаги, движения, скорость и частота атак – не оставляли Трилобиту ни единого шанса. Слишком медленный манёвр ухода от удара стоил Лютеру глубокого пореза на груди. Лезвие меча играючи вспороло скафандр амфибий и на сантиметр вошло в плоть. Было даже слышно, как острый конец оружия с противным звуком щёлкнул по костям грудины. Больно не было – вот, что удивляло. А вот аекурская кровь щедро окропила клинок имперца. Фонтан малиновой крови вырвался из свежей раны.
— Я даже отключу жидкую броню с головного шлема, чтобы тебе дать шанс достойно сделать последний выстрел из твоего оружия. – Сказав это, Горзарь по-честному сбросил купол колыхавшейся вокруг головы желеобразной массы.
Трилобит тут же использовал сделанный другом подарок, но пистолет предательски щёлкнул пустой обоймой.
— Я же не идиот. – Сверкнув наглой улыбкой, Риблат пошёл в новую атаку. – Я дал выстрелить из оружия бывшему другу, но при этом не забыл посчитать его патроны.
Трилобит слегка удивился.
— Да-да! – Продолжал Горзарь. – Я видел, как ты убивал людских солдат по пути ко мне.
— Сдохнешь! – Короткие ножи для водолазных работ по прочности не уступали мечу имперца, но отбивать парой ножей удары меча мастера-фехтовальщика – задача непосильная. Неверный расчёт чужого движения стоил Трилобиту глубокой колотой раны в плече. Борт судна вновь прошили пули имперских самолётов. Пока стоял предатель Аекурии на ногах, а испаритель летел к цели, Трилобиту нужно было продолжать бой. Ноу войны свои законы. Удачное уклонение от летящего снаряда открыло брешь в движениях защиты, и Горзарь этим воспользовался. Ловко сгруппировавшись для прохода вбок, Риблат неожиданно выпрямился, нанося колющий удар мечом. Лезвие пробило грудь Трилобита, выйдя из спины, повесив героя Аекурии на имперском мече как шашлык на шампуре.
— Вот и всё, друг мой старый. – Горзарь приблизил к себе поверженного противника, давая его телу сползти по лезвию к гарде. – Я честно не думал, что сам убью тебя высоко в небе, на имперском транспортнике. Но я могу тебе сказать, что ты зря так рвался – этот испаритель не первый, а второй. Первый уже давно доставлен и как раз в Аквафлорию. А я когда вернусь в Пагейскую империю, то обязательно сброшу аекурцам испаритель номер три и четыре. Так что прости, Трил, но лучше бы я убил Махранга, а не тебя.
— Махранг? – Сплёвывая густую кровь, произнёс Трилобит.
Риблат кивнул, скорбно улыбаясь.
— Тогда лови привет от Махранга! – Удар энергетической перчаткой – тайным оружием офицера внешней разведки Аекурии – снёс Риблату голову с плеч.
— Я получил этот трофей, чудом выжив после его допроса. – Успел подумать Трилобит перед тем, как его глаза заполнило красно-оранжевое пламя, с дикой скоростью распространявшееся по кораблю.
— Трилобит! Вставай! Нам надо выбираться отсюда!
— Где мы? – Устало ответил Лютер.
— Мы всё ещё на борту, и мы падаем в океан! – Гелия тащила раненого Трилобита за плечи. – Я прижала к твоей ране робота-аптечку. Жду, когда наниты приведут тебя в чувство, но времени уже нет. Нам придётся прыгнуть так, иначе машина разобьётся об воду.
Найти Трилобита оказалось не так уж и сложно. На его пути встало семнадцать имперских душ. Несколько сломанных шей, и больше десятка застреленных тел только подтверждали версию Гелии о предательской нехватке боеприпасов в самый неподходящий момент. Она почему-то сердцем чувствовала, что одним выстрелом главного инициатора всей операции уничтожить не получится. Повсюду был дым и горел огонь. Роботы в виде летающих комаров боролись с очагами возгорания как могли, но судно продолжало гореть. Шлем с обогащённой кислородом водой позволял Гелии спокойно дышать даже в огне и дыму.
— Эй! – Произнес имперец с пулемётом в руке, но его разорвало на части роем крупнокалиберных пуль, прошивших борт судна.
Имперцы стреляли в своего же – Гелия не удивилась увиденному. Ведь это же Трилобит придумывал план действий. И такого там не было. А вот передвигаться по транспортнику стало труднее – корпус корабля подвергся разгерметизации, воздух со свистом уходил в щели, обшивка корпуса корабля начинала трещать. Идти к цели можно было только почти пригнувшись к полу, иначе самолёты эскорта просто могли расстрелять.
— Нужно найти Трилобита, пока в нас не выстрелили ракетами! – Леди-амфибию неумолимо гнало вперёд желание спасти жизнь друга. И почему-то она была уверена, что он бы сделал то же самое.
Гелия видела победный удар Лютера и попадание первой ракеты – тоже. Она использовала всю возможную скорость и силу, чтобы схватить раненого напарника и прижать к безопасному месту. Аекурский скафандр позволял выдерживать перегрузки, и кости героев остались целы, когда силой взрыва их вдавило в пол, проламывая опорную перегородку.
Сцепившись в предсмертном объятии, аекурцы упали на среднюю палубу. Гелия была жива и сохранила сознание. Не теряя времени, леди-амфибия прислонила робота-лекаря к ране друга, активировав команду на полное выздоровление пациента. Конечно, когда в твоём теле побывал меч правосудия и ещё тебя покатали по лезвию меча, надеяться на секундное лечение было глупо. Она взяла Трилобита под руки и как куклу потащила к любому выходу. Резкий крен пола, падавшая утварь и мечущиеся в панике солдаты Пангейской империи яснее всего говорили о грозившем падении корабля.
— Если нас не собьют. – Устало подумала Гелия.
Когда Трилобит пришёл в себя, до выхода оставалось десять метров. Двери уже не было – имперцы в панике выломали её и прыгали вниз с парашютами. Парашютов у аекурцев не было. И Гелия чувствовала приближавшуюся воду. Океан был очень близко. Так что простым планированием здесь отделаться почти невозможно.
Они выпрыгнули как раз в тот момент, когда сработали бомбы Гелии. Или в транспортник попали последние ракеты. Сейчас это было неважно. Леди-амфибия почувствовала, как её спину обдало таким мощным жаром, будто она прикоснулась к самому солнцу, а взорвавшийся аппарат наградил аекурку душем из мелких железяк, часть из которых пробила скафандр и вонзилась в тело. Функция жизнеобеспечения брони тут же стала падать. Требовалась океаническая вода, и океан её охотно предоставлял. Гелия смогла выпрыгнуть с Трилобитом из корабля, когда до воды оставалось меньше ста метров. Человеческое тело при таком подвиге разобьётся в кровавую массу. Смогут ли их тела, облачённые в скафандры, выдержать ударную нагрузку?
В момент удара Трилобит ещё был в стадии лечения и почти ничего не соображал – активные действия хирургических нанитов давали о себе знать. А Гелия просто закрыла глаза и попыталась представить любимое место.

Не забудьте подписаться на youtube-каналы Ивана Белогорохова
«Трилобит видео» и «Мир вокруг трилобита».

Синеватая гладь залива приветливо встречала героев ласковыми бликами солнечного света. Волн почти не было. А водная масса была такая прозрачная, что издалека можно было увидеть мирно плавающих медуз, мелкую рыбёшку и морских коньков. Океан только что пережил самое коварное нападение со стороны разумных цивилизаций за все эоны своего существования.
Скафандр Гелии мирно щёлкнул зелёным индикатором в области правого запястья. Леди-амфибия довольно провела хвостом по белому песку.
— Запас обогащённой кислородом воды восстановлен. – Даже после небольшой баталии на борту транспортника лицо дамы светилось улыбкой. Ранение, усталость, боль – всё это стало частью того самого прошлого, о котором офицеры внешней разведки никогда не вспоминают. – Я могу составить тебе компанию в наземном мире, или ты желаешь вернуться домой, в Аквафлорию?
— В Аквафлории меня считают вражеским агентом, Горзарь и его ребята постарались. – Проверяя заживающий порез на лице, ответил Трилобит. – Так что я пока побуду на территории Пангейской Империи. Воздух наземного мира моему дыханию такой же, как и растворённый кислород в воде. Так что за меня не волнуйся. Страсти улягутся, и я вернусь домой. А вот тебе нужно побыстрее в больницу. Запас робота-аптечки мы весь израсходовали на меня. Поэтому ты рискуешь, расхаживая с ранениями по наземному миру.
— Но ты тоже нуждаешься в медицинском уходе. – Гелия немного погрустнела, понимая неизбежность расставания. Поразительно, пару часов назад она лично приставила к спине Трилобита острие гарпуна, и пыталась уничтожить его. А сейчас стоит и едва не роняет слёзы, как красна девица.
— Ты спас подводное государство от гибели, и целый мир обязан тебе жизнью! – Не удержалась леди-амфибия. – Я сегодня же подам рапорт о твоей реабилитации и лично прослежу за получением зелёного кода доступа через границу на твоё имя. Обещаю. – Твёрдо произнесла Гелия. – Ты вернёшься в родной город Аквафлорию, и аекурцы узнают о своём герое.
— Спасибо. – Лютер обнял женщину-амфибию, не забывая посматривать на водную гладь океана. Еле заметный зелёный огонёк приближавшегося подводного крыла мигал в толщах водной глади.
— Служба внешней разведки Аекурии скоро будет здесь. – Изобразив сожаление, произнёс Трилобит. – Твой рапорт ещё не написан, а новую баталию я могу не перенести. До встречи в воде!
— До встречи. – Гелия по-дружески помахала Трилобиту рукой. Она видела как он скрылся в прибрежных зарослях. Конечно, он не уйдёт, по крайней мере – не сразу. Трилобит был не таким принципиальным, чтобы оставить раненую женщину одну да ещё на пустынном берегу океана. Отойти на сто пятьдесят метров для выхода из зоны действия сканера подводного крыла и спокойно наблюдать, пребывая в боевой готовности. Всё по инструкции, как учили на отделении штурмовой подготовки. Корабль аекурцев плавно вышел из океанской воды. Машина легко коснулась песчаной кромки берега и прибывшие солдаты внешней разведки быстро сопроводили офицера Гелию Аркайн на борт. При этом все процедуры протокола встречи старшего офицерского чина были соблюдены.
— Самое главное, – остался доволен Трилобит, – что Гелию доставят домой и её жизни и карьере ничто не угрожает.
А сам Трилобит отправился в мир людей. Пангейская империя дала ему имя и документы. Лютер Джи Уоттс – так звали героя Аекурии в наземном мире. Глупо было бы не воспользоваться ситуацией и не узнать надводный мир со всех сторон: пообщаться с его обитателями, погрузиться в культуру, попробовать местную еду и оценить качество жизни. Офицеру безопасности подводного города Аквафлории подобные данные были настоящим сокровищем. Попробовать и потрогать всё то, о чём он ранее читал только в книгах. Может, он поймёт и причину войны между пангейцами и аекурцами. Узнает все причины предательства Риблата Горзаря, которого считал своим лучшим другом и напарником.
Две ноги, две руки, тело, голова и репродуктивный орган – вот и вся анатомия человека в основных её положениях. Не так уж и много для того, чьё тело раньше было одним большим панцирем с маленькими хвостиками и десятками паучьих лапок. Язык он знал, основы поведения в обществе были аналогичны аекурским. Люди на улицах и дорогах спокойно встречали Трилобита, идущего по противоположной стороне пути. Ни аекурская униформа, ни следы порезов и ранений на ткани у людей не вызывали никаких вопросов. Мутанты в Пангейской империи были тоже в порядке вещей, поэтому внешний вид Трилобита никого не отпугивал. Иные даже кивали ему, и первые говорили «здравствуй».
— И почему наши с ними воюют? – Удивлялся Лютер. – На вид почти как мы, только у амфибий зеленоватая кожа с более плотным составом, метровый хвост как у ящерицы, и дышат они растворённым в воде кислородом. А так – всё такое же.
Герою Аекурии пришлось прошагать пятнадцать километров, прежде чем указатель на углу здания привёл Лютера именно к тому дому, чей номер был указан на маленьком кусочке пластика.
Садовая улица, шестьдесят – обозначали номер дома и его местоположение в городской черте, дальше стоял номер квартиры. Шестьдесят седьмая. Второй этаж длинного четырёхэтажного дома. Обычная дверь, глазок-антивор, ящик для бумажной корреспонденции и электронный звонок – всё как в архивах городской библиотеки про шпионов Пангейской империи.
— Вот Лютер Уоттс и дома. — Пальцы нажимают на дверной звонок, и голова отсчитывает секунды ожидания. Конечно, ничего не должно произойти. По всем базам данных он – пангеец и живёт здесь.
Дверь открыла женщина. Брюнетка. Фигура атлетическая, невысокая и пропорциональная. Волосы густые, лицо бледное, глаза в слезах. Она повисла на нём точно бабочка на дереве. Её губы шептали ему в ухо, какой он хороший и как долго она его ждала. При этом всё тело брюнетки сотрясалось в рыданиях.
Это всё казалось немного странным для Трилобита. На пластиковой карточке ничего не говорилось ни о женщине, ни о её привязанности к нему. Скорее всего, это была семья настоящего Уоттса. И главный сюрприз человек преподнёс Трилобиту под конец дня.
Из-за спины брюнетки выбежал подросток и радостно произнёс:
— Папа!

Иван Белогорохов.

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.